Признаки РАС у детей 10-14 лет 

Сегодня рассказываю о проявлениях ВФ РАС у подростков 10-14 лет. Поведение ребенка, как и реакция окружающих, к этому возрасту становится еще сложнее и многограннее и, к сожалению, в этом возрасте поведение ребенка часто сильно ухудшается.
Это связано с длительно закрепившимися привычками и одновременно с гормональными изменениями, характерными для подросткового возраста.

Менять что либо качественно и кардинально становится в разы сложнее, в особенности если есть агрессия. Поэтому нужно максимально постараться научиться управлять диагнозом до 12-13 лет.

Очень важно!

Моя цель - помочь вам не упустить важные сигналы, вовремя заметить особенности в развитии ребенка, обратиться к специалистам и не потерять ценное время. Чем раньше начать, тем проще ребенку будет на его дальнейшем жизненном пути.

Любой отдельный признак сам по себе еще не говорит о наличии диагноза ВФ РАС.

Не все признаки встречаются одновременно: у одного ребенка может быть один набор, у другого - другой. Поведение может со временем меняться или видоизменяться, но при этом его смысл и цель остаются теми же.

Интенсивность проявлений тоже разная: у кого-то признаки выражены постоянно, у кого-то появляются лишь в определенных ситуациях.Если таких проявлений несколько, и они повторяются, стоит обратить на это внимание и обсудить со специалистом, который поможет понять, нужна ли диагностика.

Итак, признаки РАС у подростков 10-14 лет, разделенные по условным категориям:

Общение и язык

Подростку с ВФ РАС трудно удерживать тему разговора: беседа легко "съезжает" к его специальному интересу. Я называю это "радио" - то есть вещание в одну сторону, без обратной связи.

Ко мне пришел пациент - мальчик с родителями. Это была наша первая встреча. Я улыбнулась и сказала: - Привет, заходи! Он посмотрел на меня очень серьезно и сразу спросил: - Почему зомби оторвали башку?

Это было то, что волновало его в тот момент больше всего. Пока я не ответила, он не хотел говорить ни о чем другом. Пришлось объяснить, что зомби был зол и не смог договорится мирным путём. Он выслушал, кивнул - и только тогда стал со мной разговаривать и отвечать на вопросы.

Буквальность мешает понимать образные выражения и намеки: ирония, сарказм, мемы и "внутренние" шутки класса часто воспринимаются буквально.

Поэтому на просьбу "подожди минутку" он может серьезно ответить "минута уже прошла", а на сленговое "это огонь" - "что именно горит?".

Мы с пациентом-подростком занимались, время сеанса подходило к концу. Я говорю ему:

- Наше время на сегодня закончилось, увидимся на следующей встрече.

Он посмотрел на часы и удивился:

- Но ведь только пять! У меня весь вечер свободный, я никуда не тороплюсь.

С контекстом речи тоже непросто: стиль и интонацию трудно подстроить под ситуацию. С учителем звучит слишком по-дружески, а с одноклассниками - чрезмерно официально.

Выступление в классе выглядит как инструкция, а голосовое сообщение для друга - как научный доклад. Речь может быть "ровной" и монотонной или, наоборот, неожиданно громкой, особенно когда тема интереса его захватывает.

В стрессе может случиться "зависание": слова "есть в голове", но не выходят - подросток просит паузу или отвечает односложно, может и вовсе "отключиться", глядя как бы сквозь.

История родителей: пришли в ресторан, сын "завис" и отказался заказывать сам. Повторяет: "Ты закажи". На напоминание, что дома он сам говорил, что хочет заказать, ответил: "Если ты не закажешь - я есть не буду". Хотя дома он всегда точно знает, что хочет, и спокойно это говорит.

Нередко опирается на готовые "скрипты": цитирует фразы из фильмов и игр, употребляет устойчивые выражения не всегда к месту. Переформулировать мысль, если его не поняли, сложно - он повторяет то же самое дословно.

Очень не любит и протестует против обычных житейских разговоров - они кажутся ему бессмысленными и неинтересными.

Один мой пациент говорит, что мечтает о телепатическом общении, чтобы не приходилось все, что у него в голове, превращать в слова. Другой вообще считает, что разговоры - это пустая трата времени, ведь в это время можно поспать или поиграть на компьютере.

Я часто замечаю, как подростки с ВФ РАС находят для себя набор "умных высказываний", за которыми на самом деле нет понимания и глубокого смысла. Но они гипнотически действуют на родителей ТК звучат убедительно и те перестают пытаться вывести подростка на настоящий диалог.

Таких фраз очень легко нахвататься в соцсетях и у блогеров. Ребенку остается только повторять их и наблюдать, как они действуют на родителей.

Вот только несколько примеров: - Я не обязан отвечать на личные вопросы. - Это моя приватность. - Я подросток, уважайте мои границы. - Подростки не любят, когда им лезут в душу. - Я не выбирал рождаться, поэтому вы мне должны.

Мой пациент обожал фразу "Давай начнем с чистого листа" (נפתח דף חדש) - использовал ее по нескольку раз в день, чтобы добиться своего. Например: родители разрешили играть час, он не закончил и продолжает несмотря на возражения родителей. Те напоминают о договоренности, пытаются выключить - начинается конфликт, переходящий в истерику. Через полчаса он приходит к маме:

- Можно компьютер?

- Ты наказан.

- Давай начнем с чистого листа. Сегодня был последний раз, я так больше не буду. Можно поиграть 15 минут?

Важно помнить: если "умные речи" всегда идут в сторону уступок хотелкам подростка и не произносятся осознанно, то с высокой вероятностью это манипуляция - даже когда его высказывания, объяснения, просьбы и аргументы звучат серьезно.

Это легко проверить: достаточно попросить объяснить свою позицию подробнее, привести примеры или аналогии. Нейротипичный подросток справится с этой задачей, а нейроотличный останется на уровне 2-3 заученных шаблонов.

Пришел пациент на прием - тихий, вежливый, симпатичный мальчик, постоянно улыбается. Его долго не диагностировали, потому что эта улыбка сбивала всех специалистов с толку (принято считать, что, если ребенок улыбается, то это говорит о том, что у нео нет РАС, хотя это не так). Она автоматическая - без контекста, без эмоций, как тик. Он улыбается и кивает, создается впечатление, что он вовлечен и понимает, хотя это не так.

На приеме я спрашиваю обычные вопросы: - Как в школе? Есть друзья? Кем хочешь быть?

Он отвечает: - Хочу работать в банке Дисконт. - Почему именно там? - Мне очень нравится банк Дисконт.

- А что тебе нравится? - Название банка. - А что там делают? - Не знаю. (Пауза) Нужно хорошо учиться, чтобы работать в банке Дисконт.

Он говорит правильные слова, которые очень нравятся родителям, но, если копнуть, за ними нет понимания темы и причинно-следственной связи.

Социальное взаимодействие

Неписаные правила компании остаются туманными: сложно уместно начать и завершить разговор, выдержать дистанцию, "поймать" нужный тон.

Подросток может войти в диалог без приветствия, сесть слишком близко или говорить, отвернувшись; завершить контакт резко и без прощания.

В роли "контролера правил" он указывает на ошибки других, настаивает на "правильном способе", из-за чего воспринимается как зануда и раздражает окружающих.

В школе ученик 7 класса стоял у двери и не пускал одноклассников в класс. Учительница сказала, что на перемене входить нельзя и кто зайдет - будет наказан. Он воспринял это буквально и охранял дверь, не пуская никого внутрь.

Может настойчиво доказывать, что его модель телефона самая лучшая, и покупать нужно только ее, не понимая, что у других могут быть свои критерии и предпочтения.

Обычно плохо считывает внутригрупповые сигналы: дружеское поддразнивание путает с травлей и наоборот, намеки и полуулыбки - с согласием. Из-за этого реакции оказываются не по контексту.

Во взаимоотношениях часто заметны скачки контакта: серия настойчивых сообщений при задержке ответа и внезапные "исчезновения" на недели без объяснений.

Мой пациент писал по двадцать сообщений подряд другу по онлайн-играм, когда хотел играть, но мог внезапно потерять интерес и выйти из игры, не обращая внимания на других.

В романтическом общении "да" воспринимается буквально, а неоднозначность читается с трудом. Границы физической и цифровой близости легко нарушаются - без намерения обидеть. Подростку может показаться, что девушка влюблена в него, если она просто здоровается или угощает чипсами. Тогда могут начаться навязчивые преследования.

Мальчик 14 лет влюбился в одноклассницу. Девочка была очень хорошая: всегда с ним здоровалась, делилась чипсами, и он решил, что это любовь. Родители радовались: "Наш какой кавалер!". Но вскоре начались проблемы: он караулил ее под домом, писал по сто сообщений в день, пытался обнимать и целовать. Девочка не знала, как реагировать, и в итоге пожаловалась школьному психологу. Вызвали родителей мальчика, объяснили, что ему нельзя подходить к девочке, иначе подадут заявление в полицию, и что родители должны следить за этим.

Отдельно хочу затронуть тему сексуальности и границ.

Многие дети и подростки попадают на порнографический контент абсолютно не подготовленными и довольно рано. Увиденное нередко становится навязчивым интересом. Это очень опасно, потому что такой подросток может навязать сексуальный контакт младшим детям или сам стать жертвой, не понимая всех рисков.

Дани, умный мальчик 9 лет с ВФ РАС пришел ко мне на консультацию. Родители говорили, что он боится спать, видит кошмары, иногда писается. Выяснилось, что он играл в онлайн-игру и оттуда попал на порносайт. Он был не готов к этому морально. Картинки навязчиво всплывали у него в голове: ему нравилось, но одновременно было страшно и противно. Он стал заходить на сайты сам, тайком от родителей. После этого начал плохо спать и мочиться ночью. Понадобилось около полугода, чтобы вывести его из этого состояния.

Еще один пример:

В школе дети показали первокласснику порнографическое видео на телефоне. Оно ему понравилось, и вскоре родители узнали, что мальчик стал поднимать девочкам юбки. При этом ни убеждения, ни замечания учителей не действовали - он продолжал это делать.

Если у ребенка есть аутизм, он не всегда понимает смысл и не видит границ. Для него это просто действие, которое понравилось и запомнилось, и он хочет повторять его снова и снова, не осознавая, что это неприемлемо для других.

В конфликтах детям и подросткам с ВФ РАС труднее признать свою долю участия и инициировать примирение. Чувство справедливости у них жесткое и буквальное. Конфликты переживаются болезненно, что провоцирует споры "по букве правил".

У меня занимался мальчик, который мог взорваться, если я неточно называла время - говорила, что начнем через 15 минут, а начинали через 17.

Другой мальчик злился на учителя, который говорил, что нельзя бить детей, а сам случайно задел его сумкой. Такие дети плохо различают намерения: не могут понять, где случайно, а где специально.

На школьных занятиях становится тяжелее, потому что на одном интеллекте подросток уже "не выезжает". Требуется усидчивость, чтобы учить то, что неинтересно, и погружение в материал. Отсутствие мотивации, непонимание, зачем это нужно, и опора исключительно на "хочу" приводят к выпадению из учебного процесса. Начинаются тайные прогулы.

Я часто сталкивалась с тем, что "очень умный и многообещающий ребенок" уже к средней школе сильно отставал, а в итоге так и не завершал учебу. Родители недоумевали, переводили на домашнее обучение, но нередко и это заканчивалось полным отказом от учебы.

Нередки "перегрузки", когда после насыщенного дня возникает социальная усталость, которая приводит к “вспышкам” дома.

В Израиле есть специальные маленькие классы, где нет упора на академическое обучение, но постепенная инклюзия дает хорошие результаты. К сожалению, нет единого стандарта и это не всегда хорошее решение для всех. Многое зависит от школы, учителя, их опыта и профессионализма.

Интересы и обучение

Интересы узкие и глубокие: в любимой теме - энциклопедическая осведомленность, ребенок знает о ней все. Вне этой темы мотивация и интерес резко падают.

Ребенок отказывается учиться, ему не нужны никакие предметы. Может заявлять что-то в духе: "Зачем мне алгебра? Я в магазин приду и скажу, что мне нужен синус от хлеба?".

Ребенок будет давить на то, что совпадает с мнением родителей: если слышит, что они критикуют школу или конкретного учителя, начинает использовать это как аргумент - "школа плохая", "учитель плохой".Поэтому очень важно этого не делать.

Бывает заметная асинхронность в знаниях: в одном предмете уровень намного выше возрастной нормы, в другом - базовый или даже ниже.

Предпочитает задания с однозначным ответом, чем те, где нужны выводы, рассуждения или личное мнение.

При расплывчатых инструкциях работа "зависает" уже на первом шаге.

Например, родители говорят: "Убери комнату и подготовься к завтрашнему дню". Ребенок "зависает" и начинает делать что-то еще, например, играть, потому что не понимает, что именно нужно сделать: что считать уборкой, что - подготовкой. Родителям кажется, что он просто ленится или игнорирует просьбу.

У детей с РАС, особенно если с ними не занимаются коррекцией, часто бывает очень низкий уровень энергии по утрам. К подростковому возрасту нервная система уже "потрепана" постоянным напряжением.

Ребенок просто не всегда справляется: иногда вдруг отказывается идти в школу, жалуется на боль или усталость, притворяется больным - не потому что хочет прогулять, а потому что у него действительно нет сил и нет мотивации, нет понимания зачем это “мучение”. Он хочет спать пол дня и играть в компьютерные игры.

С возрастом это истощение накапливается. У некомпенсированных аутистов энергия постепенно уходит, и человек может буквально "съехать" в состояние, когда не способен учиться, работать или справляться с банальной гигиеной. Уже не говоря о более сложных задачах быта и коммуникации.

С возрастом таких задач становится больше, а вот без предварительного обучения сил становится меньше.

Я знаю семью, где все члены - аутисты: взрослые дети живут за счет родителей, потому что у них нет ресурса даже на самое простое. Их эмоционально-волевая сфера не развита: голова понимает, что нужно собраться и сделать усилие, но тело и психика просто не откликаются - сил нет.

В письменных работах часто заметна неравномерность навыков: медленный темп письма, неустойчивая каллиграфия, трудности со структурой конспекта, стремление записывать "слово в слово".

На уроках с высоким сенсорным фоном теряется часть информации, даже при искреннем усилии слушать.

Сенсорные особенности

Может быстро наступить перегрузка из-за школьной среды: постоянный гул, звонки, запахи столовой и аэрозолей, случайные касания, яркий свет. Подросток щурится, прикрывает уши, выбирает места у стены или у окна, просит приглушить свет или открыть форточку.

Подросток с РАС часто надевает капюшон, наушники или кепку не из желания выделиться или нарушить правила, а чтобы защититься от сенсорной перегрузки - громких звуков, яркого света, толпы, разговоров. Для него это способ снизить тревогу и сохранить контроль над ситуацией.

Но со стороны такое поведение легко принимают за хамство или вызов: "Ты не на вокзале, сними кепку", "Почему не слушаешь, когда с тобой говорят?". На самом деле подросток не пытается быть грубым - он просто старается выдержать мир, который для него слишком громкий и яркий.

Бывает чувствителен к материалам одежды - к швам, биркам, шерсти, синтетике, которая электризуется, тугим горловинам, плотным манжетам и т. п. Носит ограниченный набор удобных вещей.

Могут мешать и даже вызывать тошноту резкие запахи - парфюма, хлорки, школьной столовой.

Многие мои пациенты не ходят в туалет в школе из-за запаха и отсутствия чистоты. Некоторые не могут находиться в классе во время перемены, потому что дети едят бутерброды с тунцом или колбасой и этот запах мешает.

Текстуры пищи значимы: часть консистенций стабильно отвергается - желеобразные, пюре с комочками, волокнистые (мясо, сельдерей), хрящевые, с прожилками жира, кожистые, с косточками, зернистые и т. д.

Подростки с ВФ РАС могут искать самую разную сенсорную стимуляцию: крутить в руках предметы (спиннеры, антистрессы), смотреть на вращающиеся объекты, щелкать ручкой, стучать по столу, гладить ворс или перебирать ткани. Многие нюхают предметы, маркеры или продукты.

Часто нравится сильное телесное ощущение - плотные объятия. В движении это проявляется как раскачивание на стуле, кружение, прыжки или катание на качелях.

После насыщенных сенсорных мест (торговые центры, праздники, экскурсии) нередко бывает "сенсорное похмелье" на следующий день: утомляемость, рассеянное внимание, резкие реакции.

Поведение и эмоции

Гибкость и переключаемость снижены: небольшое изменение плана резко "роняет" настроение и работоспособность. Со стороны это часто выглядит странно - только что все было хорошо, и вдруг резкий перепад настроения.

Картина мира более "черно-белая": усиливается принципиальность, прямота, трудность с компромиссами.

Эмоции интенсивные, переходы быстрые; слов для описания состояния не хватает, поэтому вместо "мне тревожно" появляются резкие реакции, хлопок дверью или уход в молчание.

"Маска днем - разрядка дома" встречается часто: сдержанность в школе сменяется вспышками дома.

Маскинг нередко встречается у девочек, но бывает и у мальчиков - внешне ведет себя идеально, "какой хороший ребенок", "как все хорошо", а дома срывается, потому что все силы ушли на удержание маски. Родители спрашивают: "Почему в школе можешь вести себя нормально, а дома нет?"

Кстати, у меня есть отдельная статья про признаки аутизма у девочек, там все сильно отличается от мальчиков.

Импульсивность проявляется внезапным повышением тона, резкими сообщениями, действиями "не подумав" - подросток может начать драться или поднять руку на родителей.

Если с детства не решили проблему с агрессией, она приобретает опасный формат: тело растет, сил больше, а совесть, гуманность, саморегуляции и понимание мира так и не появились. К сожалению я не редко сталкиваюсь с тяжелым физическим и эмоциональным насилием подростков с ВФ РАС над родителями.

История родителей: когда у нашего сына появляется какая-то идея, он не может остановиться, пока не добьется своего, буквально выматывает нас.

Однажды он захотел новую игру и стал требовать купить ее немедленно. Мы уже знали, чем это заканчивается, и спокойно сказали "нет". В этот момент он мгновенно теряет контроль. Когда был младше, просто уходил к себе и хлопал дверью, а теперь начинает кричать, обзывать: "ты сволочь", "ты мразь", "ты сука". Может угрожать: "Если не купишь, я уйду из дома или разрушу здесь всё”.

Стало доходить до вспышек ярости: с силой опрокидывает стулья, ломает мебель, швыряет все, что попадается под руку. Чем старше он становится, тем сложнее с ним справляться.

Приступы агрессии у подростков с РАС случаются чаще, чем принято думать, просто об этом редко говорят открыто. Родители очень часто стыдятся таких эпизодов и не рассказывают о них публично.

В этом возрасте у подростка уже достаточно сил, и если он не справляется с эмоциями, вспышка может выглядеть пугающе. Он может кричать, материться, толкаться, швырять вещи или даже ударить, если чувствует, что его не слышат или заставляют. После таких приступов подростки часто сами не понимают, что именно произошло.

Снаружи это выглядит как агрессия или избалованность, но на самом деле за такими вспышками часто стоит аутистическая перегрузка и неспособность регулировать сильные эмоции. Ребенок не выдерживает фрустрацию - не может "переварить" отказ, его нервная система буквально взрывается.

Чтобы обезопасить себя и подростка от таких проявлений ВАЖНО решить все проблемы поведения и сенсорной перегрузки до подросткового возраста. Все, что не решили в детстве, эскалирует на фоне гормонального шторма.

Исполнительные функции и повседневная самостоятельность

Характерен разрыв "знаю - делаю": без внешнего "старта" трудно начать действие, и начало многих дел превращается в долгую подготовку, бесконечное анонсирование “я скоро возьмусь за ум, начну зарабатывать”(часто на этом все и заканчивается).

Ощущение времени неровное: короткий просмотр телефона превращается в час, а пять минут задания тянутся "бесконечно". Из-за этого возникают постоянные опоздания и выполнение всех заданий впритык к последнему сроку.

Это очень похоже на СДВГ по симптомам. Такое поведение может быть как проявлением СДВГ, так и аутизма - у одного и того же признака могут быть разные причины.

Многошаговые поручения "рассыпаются", если нет четких инструкций и контроля: выполняется начало, а финальные шаги забываются.

Переключение в середине процесса вызывает резкое раздражение, а незавершенность "висит фоном" и мешает. Вообще, для многих подростков с РАС триггером становится именно незаконченный процесс.

История родителей: Наш сын не успел на уроке закончить переписывать слайд с доски и настолько занервничал, что достал из стола ноутбук учителя, чтобы найти презентацию и переписать то, что не успел. Его совсем не смутило, что это личный компьютер. Учительница заметила и рассказала нам об этом.

Сложности с выбором приоритетов: при множестве задач возникает ступор или выбирается только приятное, а важное остается за бортом.

Вообще, у ребят с РАС часто есть только один ориентир - "хочу", и большое непонимание или отвержение слова "надо". Это не связано с подростковым возрастом - так было всегда, просто с возрастом усиливается.

Самооценка результата у подростков с ВФ РАС бывает чрезмерно оптимистичной (а иногда и вовсе нереалистичной) при неполном выполнении критериев: "Я самый умный, я самый сильный, мне не нужно учиться я и так все знаю”.

Часто слышу от пациентов фразы из области магического мышления: "Я стану блогером", "миллионером", "директором банка". Но как к этому прийти и сколько усилий нужно, нейроотличный подросток не видит. В итоге его способность планировать будущее и поддерживать привычный уровень комфорта серьезно страдает.

- Ты на иврите не разговариваешь. Почему ты не хочешь учить?

- Когда пойду на работу, буду говорить на иврите.

Родители выдыхают и успокаиваются. Но, к сожалению, так не будет.

В рутине наблюдается "якорность": дела лучше выполняются, если они "цепляются" к повторяющимся событиям дня. Без таких якорей бытовые действия выпадают.

Если не выработан автоматизм: убрать в комнате, почистить зубы, сходить в душ, то каждое такое действие отнимает энергию и силы и часто забывается.

Иногда гигиенические процедуры нарушаются из-за запахов или тактильных ощущений (например, зубная щетка щекочет десны).

Безопасность и цифровая среда

Буквальность и доверчивость повышают уязвимость: переходы по "призовым" ссылкам, публикация геометок и личных данных кажутся безопасными - "если ничего плохого не делал".

"Раздеться, показать интимные места - за это дадут баллы, бонусы" - подобные предложения могут восприниматься буквально, без осознания опасности.

Манипуляции без прямых угроз считываются слабо: лестные сообщения, "секретность", постепенный сбор личной информации принимаются как нормальное общение.

Может не замечать границ других людей, в том числе цифровых: публиковать чужие фото без согласия, писать длинные монологи в общих чатах, засыпать собеседников сообщениями, если те прочитали, но не ответили сразу.

Это самые распространенные признаки РАС у подростков 10-14 лет.

Если вы обнаружили как минимум несколько совпадений, то вам стоит скачать мой авторский чек-лист признаков РАС у подростков.